Григорий Трубкин: инвестиционный бум PRE-IPO

Просмотров:  180

Тема pre-IPO – одна из самых горячих на финансовом рынке. У профессионалов этот инструмент считается более доходным, но менее рискованным, чем, например, венчурные инвестиции в стартапы. Речь идет об инвестировании в самые высокотехнологичные компании, такие, например, как SpaceX Илона Маска. Фонд Mindrock Capital находится в Кремниевой долине, где рождаются будущие гиганты рынка и стекается огромный капитал, имеет прямой доступ к самым перспективным сделкам и инвестирует в быстрорастущие компании с горизонтом 2-3 года. О принципах работы фонда, причинах ажиотажа вокруг pre-IPO и главных правилах грамотного инвестирования «Деловым Эмиратам» рассказал Григорий Трубкин, управляющий партнер Mindrock Capital.

Григорий ТрубкинГригорий, добрый день. Какова сегодня ситуация на рынке PRE-IPO? Он на подъеме или уже перегрет? Каков прогноз на ближайшие 24 месяца?

Григорий Трубкин: О перегреве часто говорят те, кто считает, что любой значимый всплеск интереса означает пузырь. Если же отмотать на несколько лет назад и посмотреть историю роста рынка, то все окажется куда приземленнее: рынок просто достиг определенного уровня зрелости. Выросло количество IPO, «единорогов» (компаний с оценкой более US$ 1 млрд), «декакорнов» (более US$ 10 млрд), мировой рынок вторичной перепродажи акций тоже вырос примерно в 10 раз за последние 15 лет – с US$ 10 до 100 млрд. Почему это стало возможно? Потому что появились выходы на венчурные сделки для более массового инвестора, да и состоятельных людей в мире тоже стало больше. Значительно увеличилось и количество людей на планете, которым стали доступны базовые технологии вроде мобильных платежей и онлайн-образования, а значит, компаниям открываются новые рынки.

Переживаем ли мы пик ажиотажа вокруг pre-IPO? Возможно. Пик спроса? Вряд ли. Даже когда хайп вокруг рынка уйдет, а, скорее всего, в пределах 24 месяцев уйдет, спрос не снизится, просто pre-IPO будет таким же инструментом, как покупка акций на фондовом рынке или инвестиции в недвижимость, – привычным и обычным. Сейчас же он еще достаточно нов, особенно для постсоветского пространства.

Как вы отбираете проекты для инвестирования? Каковы основные критерии?

Григорий Трубкин: Сейчас наша компания специализируется на инвестициях на поздних стадиях. То есть к этому времени стартап уже может представлять из себя огромную компанию с сотнями и тысячами сотрудников и устойчивым бизнесом, но все еще непубличную.

Мы определили для себя несколько базовых критериев отбора проектов: оценка компании – от US$ 500 млн, потенциальный рынок от – US$ 10 млрд, успешность в США или на трех независимых рынках. Дальше мы смотрим на продукт, на сколько лет он впереди остальных конкурентов (отсутствие конкуренции, кстати, не всегда хороший показатель), на юнит-экономику, бизнес-модель, финансовые показатели, потенциал завоевания новых рынков и пользователей, лидерство на уже имеющихся рынках, команду, риски. Нам важно, чтобы компания еще имела запас роста оценки. Обычно мы планируем выход из инвестиции через 2 года, когда отыграется наша стратегия.

Расскажите, пожалуйста, о вашем опыте управления инвестициями и наиболее успешных сделках.

Григорий Трубкин: Опыт с 2009 года в основном приобретался на публичных рынках. Сначала это были бумаги в РФ, фьючерсные рынки. В 2013 году я открыл для себя торговлю на американских биржах, там уже начались совсем другие объемы инвестиций и глаза разбегались от возможностей рынка. Если рынок РФ можно было сравнить с полем, которое то расцветает, то теряет свои краски в зависимости от времени года, то Америка была похожа на бешеное родео. Сделок было много и разные: легендарный шорт VRX , когда котировки потеряли более 50% за месяц. Неожиданный взрывной рост после IPO акций Beyond meat на 600%. В 2018 году мы с партнером Павлом Черкашиным создали Mindrock Capital и сфокусировались на участии в капитале частных компаний – то, что сейчас как раз и называют pre-IPO.

Успешные сделки я бы разделил на самые доходные за период и на самые дорогие сердцу. К первым относится инвестиция в криптобиржу Kraken: меньше чем за полгода стоимость нашей инвестиции в компанию увеличилась втрое, и мы планируем докупать акции, так как компания – основной бенефициар продолжающейся адаптации криптовалют. Инвестиция в SpaceX, пожалуй, самая дорогая сердцу, так как у компании нет аналогов и это своего рода бенчмарк развития всей космической индустрии.

Как относятся в американских компаниях к инвесторам российского происхождения?

Григорий Трубкин: В целом, нормально, хотя политическая обстановка, конечно, периодически вызывает напряжение и на бизнес-уровне. У нас есть опыт инвестирования в компании как напрямую, так и через покупку акций на вторичном рынке. Нужно понимать, что никакая сделка даже на вторичном рынке не может пройти без ведома компании – именно у нее есть right of first refusal, то есть право на первоочередной выкуп любых акций, продающихся на рынке. И только с одобрения компании новый инвестор может приобрести акции.

Как вы рассчитываете будущую доходность компании? Зависит ли она от текущего состава инвесторов и владельцев?

Григорий Трубкин: Здесь нет простого ответа. Расчет потенциальной доходности может основываться на очень разных факторах. Иногда есть возможность оценить публичных конкурентов с уже известными мультипликаторами. Таких сделок достаточно много, Kraken и Automation Anywhere – яркие примеры с публичными аналогами в лице Coinbase и UiPath.

Но самое интересное начинается там, где конкурентов еще нет. Здесь способность заглянуть в будущее выходит на первый план, а венчур – это и есть профессиональное заглядывание в будущее. В случае с такими отраслями мы смотрим на потенциальный рынок, делаем прогнозы относительно стоимости единицы продукции, добавляя фактор вероятности того, что эта технология в принципе работает. Хороший пример – квантовые компьютеры, где еще нет отлаженной бизнесмодели, да и сам факт работы технологии еще под вопросом. Однако если предположить, что она работает, мы видим, что доходы у первопроходца в этой области будут просто колоссальные, а значит, и оценка будет соответствовать.

Григорий ТрубкинНа какие технологические секторы инвесторам нужно обратить внимание в 2021 году и почему?

Григорий Трубкин: В любом году внимание стоит обращать на те рынки, которые имеют большой потенциал роста. Сейчас это – с разным горизонтом инвестиций – космос, искусственный интеллект, финтех, технологии для совершенствования человека, будь то исправление генов или мозговых функций или добавление новых возможностей с помощью технологий.

Я не зря сказал про горизонт инвестирования – от него будет зависеть и индивидуальная стратегия.

Космос, например, суперперспективная сфера – это гигантский новый рынок, который только начинает осваиваться. При этом пройдут еще годы, прежде чем такие инвестиции окупятся, прежде чем определятся первые космические бизнесмодели и появятся компании, которые будут на их основе работать. Среди наших инвесторов очень много энтузиастов космоса. Они понимают, что это долгосрочные вложения, но любая космическая сделка у нас разлетается вмиг. Мы вложились уже в SpaceX, Momentus и Destinus. Суборбитальные технологии, наверное, самые предсказуемые в плане срока выхода из инвестиции.

А вот искусственный интеллект развивается быстро во многих индустриях – в него могут вкладываться инвесторы, которые не желают ждать слишком долго.

IPO против SPAC: главные за и против?

Григорий Трубкин: Сравнение IPO и SPAC на слуху весь 2021 год. И то, и другое является лишь способом выхода на биржу для частной компании. SPAC – инструмент для более искушенных инвесторов и используется уже достаточно давно, однако в 2021 году был серьезный всплеск интереса к этому типу размещения на бирже. Основным минусом SPAC является то, что мало кто из частных инвесторов может заранее рассчитать капитализацию компании после объединения, основываясь лишь на цене, по которой торгуется SPAC сегодня. Для точного расчета нужно знать все условия как для акционеров PIPE (дополнительные денежные вливания от инвесторов на этапе объединения SPAC и целевой компании), так и условия конвертации всех бумаг и обязательств, выпущенных SPAC ранее.

IPO – более понятный и прозрачный инструмент, поскольку большая часть данных уже заранее известна. Основных минусов здесь два: первый – в хороших размещениях вам почти всегда дадут мало акций, второй – достаточно большую часть от всех привлеченных денег забирают себе банки-андеррайтеры размещения, но это уже проблема самих компаний и она с лихвой компенсируется мощной поддержкой акций после IPO.

Говорят, что pre-IPO – зона высокого риска для инвесторов. Согласны ли вы с этим и почему?

Григорий Трубкин: Стартапы ранних стадий – зона высокого риска. Это время, когда все – риск: сможет ли команда не рассориться, привлечь нужный объем инвестиций, не слишком большой и не слишком маленький, будет ли жизнеспособным продукт, а что скажут регуляторы и так далее. По мере приближения к IPO многие вопросы уже удается решить, и риски снижаются, но, конечно, остаются. Если компания смогла выйти на прибыль до IPO и показать ее рост – здорово, значит, она уже ответила на большую часть вызовов, стоящих перед ней.

Но венчур в целом высокорискован, потому что венчур – это всегда про инновации, про новые правила в обществе и государстве, про битву между юным и анархичным и закостенелым и влиятельным. Не все инновации поддерживаются теми, кто привык править рынком. Вспомните истории TON Дурова или даже биткоина, сколько было запретов и громких решений. Не все риски можно даже просчитать в процессе.

При этом если стартапу удается завоевать рынок, он это делает с поистине потрясающими результатами. Это подрывы целых индустрий, огромные аудитории, технологии, распространяющиеся на соседние сектора, небывалая прибыль.

Поэтому венчурный инвестор не может позволить себе вложиться в одну компанию, диверсификация здесь важна больше, чем в каких-либо других инвестициях. Больше, чем на фондовом рынке, – ведь pre-IPO рынок живет исключительно за счет инсайдерской информации, а она может быть недоступна в полном объеме.

Какова оптимальная доля альтернативных инвестиций в портфеле инвестора? В какое число PRE-IPO сделок вы рекомендуете заходить единовременно и почему?

Григорий Трубкин: Мы советуем инвесторам рассчитывать долю венчурных инвестиций по такой формуле: 10–15% от общего капитала, распределенные минимум на 10 сделок. Это безопасный вариант. Хотя мне уже встречались рекомендации финансовых аналитиков увеличивать долю венчурных инвестиций до 20% – это связано с более выгодным налогообложением для этого типа инвестиций в некоторых странах.

Чем вы отличаетесь от конкурентов? Кто ваш ближайший конкурент?

Григорий Трубкин: Инвестиционные компании и их управляющие могут сейчас конкурировать экспертизой, доступом в классные сделки и доверием клиентов, благодаря которому появляется возможность собирать большие чеки и входить в более крупные и недоступные остальным игрокам рынка компании. Мы сейчас работаем с российскими и швейцарскими банками, предлагаем некоторые инвестиции в формате долговых ценных бумаг, обеспеченных венчурными сделками, их можно приобретать на брокерские счета. Наши сотрудники находятся непосредственно в Кремниевой долине и могут общаться с основателями компаний и более ранними инвесторами и фондами напрямую. Нас приглашают уже в качестве инвесторов сами основатели. У нас большая сеть контактов, поэтому нам доступна инсайдерская информация – в нашем бизнесе это самое важное.

Что касается конкурентов – я бы скорее называл их партнерами, так как часто мы идем в классные сделки вместе с другими крупными фондами, тем самым еще раз подтверждая качество идеи.

Расскажите, пожалуйста, об особенностях SPV.

Григорий Трубкин: Особенность SPV как раз в том, что ничего особенного в этой структуре нет. Просто под каждую сделку создается компания специального назначения, единственное назначение которой – сама инвестиция.

Какова ваша стратегия выхода? А если компания так и не вышла на IPO, что происходит с деньгами инвестора?

Григорий Трубкин: Стратегий выхода несколько: выход компании на биржу, продажа стартапа корпорации, выкуп акций компанией, продажа акций на вторичном рынке. Мы инвестируем в компании с большим потенциалом роста. IPO может быть точкой на таком пути, важной, но наша стратегия не строится исключительно вокруг нее, а горизонт инвестиции ею не ограничивается. Мы всегда исходим из желаемой оценки, когда определяем момент выхода из инвестиции.

К слову, сам выход компании на биржу может сопровождаться игрой крупных игроков, которые намеренно могут несколько занизить реальную оценку компании, чтобы купить акции подешевле и продать их с большей прибылью, когда они начнут расти (а если у компании хороший фундаментал – рост будет).

Что происходит с долей инвестора, если компания не вышла на IPO и не была поглощена корпорацией? Он может продать ее на вторичном рынке, часто с хорошей прибылью. Если инвестор владел акциями достаточно долго (от года), то компания могла с большой долей вероятности провести новый раунд инвестиций и увеличить свою оценку. Для продающего инвестора это выгодная история – он уже заработал, и для нового – тоже, если у компании все еще есть запас роста. У нас уже действует такая система между нашими инвесторами.

Каков минимальный «входной билет» для частных лиц и корпоративных инвесторов?

Григорий Трубкин: У нас минимальный чек для физических лиц – US$ 100 тысяч, а для корпораций – US$ 500 тысяч. Типичный чек индивидуального инвестора в одну сделку составляет при этом US$ 300 тысяч.

Свяжитесь с нами:

www.mindrock.vc

www.t.me/mindrockcapital

www.instagram.com/mindrock.vc

e-mail: grigorii@mindrock.capital